Среди авторов фэнтези не так уж много создателей ярких, внутренне непротиворечивых и в то же время оригинальных миров. А уж тех, кто умудрился успешно соединить магию и технологию, по пальцам можно пересчитать. Один из них — оксфордский ученый Филип Пулман, в конце 1990-х порадовавший английских читателей трилогией «Темные начала». Около года назад первая его книга, «Северное сияние», появилась и в России. Волшебная эпопея о приключениях девочки Лиры, уроженки мира, более всего напоминающего викторианскую Англию, но при этом полного чудес, захватывала с первых же страниц. Антураж был проработан с не меньшей тщательностью, чем в классическом «паровом панке» Джеймса Блэйлока или в блестящих диккенсовских стилизациях Джеффри Барлоу. Вскоре появилось продолжение — «Чудесный нож», роман, в котором мы познакомились со вторым центральным героем «Темных начал» — мальчиком Уиллом, отправляющимся вместе с Лирой в опасное и полное неожиданностей странствие по параллельным мирам.

«Янтарный телескоп», завершающая книга эпопеи, оказалась самой масштабной и самой закрученной. Толкин с «Возвращением короля» нервно курит в коридоре: на страницах романа Пулмана сшибаются такие силы, о которых Профессор упоминал разве что в «Сильмариллионе», да и то мельком. История становится все менее и менее детской: удержать в голове полдюжины запутанных, разветвленных сюжетных линий не всякому взрослому под силу. Битва между Небесным Воинством и армией бунтовщиков, возглавляемой гордым и неукротимым лордом Азриэлом, отцом Лиры, началась. Ангелы и призраки, духи и эльфы, люди и чудовища из тысяч миров встретились, наконец, лицом к лицу. Мириады сторонников и противников Церкви, судьба которых зависит от выбора одной-единственной маленькой девочки...

И все-таки не зря «Темные начала» адресованы именно подростковой аудитории. Многочисленные нарочитые совпадения, чудесное спасение, которое раз за разом приходит к героям в самый последний момент, демонстративная жестокость и глупость врагов, менторский тон резонеров — во взрослой книге это выглядело бы неуместно. Если же помнить, что перед нами сказка «для детей среднего и старшего школьного возраста», многое становится на свои места. Многое, но, увы, не все. Филип Пулман, безусловно, обладает живой и яркой фантазией. Заброшенный город с величественной башней в центре... Боевые дирижабли, при поддержке летучего отряда лапландских ведьм атакующие колонну бронированных медведей... Лес гигантских деревьев, уходящих под облака... Картины, открывающиеся перед нами, по яркости и выразительности не уступают лучшим образцам японского анимэ — «Летающий остров Лапута», например, вспоминается очень живо. Но зачем все это? Ради того, чтобы довести до читателей незамысловатый тезис: Бога нет, а церковь придумали лжецы и безумцы, дабы властвовать над простодушными? Эх! А ведь так многообещающе все начиналось...