Другие — пишутся в конце или в течение всей жизни. Здесь как раз важен сам автор — его оценка собственного творчества, прожитой жизни и того, чему он когда-то был свидетелем. Но читать такие воспоминания сложно: особой литературностью они, как правило, не отличаются. Абсолютный мэтр таких воспоминаний — Евгений Львович Шварц, безжалостно и несправедливо высмеявший в своих «Дневниках» собственное творчество.

Книга воспоминаний, выпущенная ИД «Ретро», принадлежит перу ныне покойной Иды Моисеевны Наппельбаум (1900–1992) — дочери известного фотографа, запечатлевшего на своих чрезвычайно своеобразных «живописно заретушированных» снимках весь «Парнас Серебряного века». Вполне естественно, что жившая в квартире при отцовской студии Ида прекрасно этот «Парнас» знала и неоднократно общалась с его представителями. Мало того, Ида Моисеевна сама была поэтессой — ученицей Николая Гумилева по его знаменитой студии «Звучащая раковина». Напомню, что самым известным выпускником студии стал обэриут Константин Вагинов, ее гостями были Георгий Иванов, Ирина Одоевцева, Федор Сологуб, Михаил Кузмин, Сергей Есенин, Борис Пастернак, Бенедикт Лифшиц, Анна Ахматова, Осип Мандельштам, а вторым руководителем (после расстрела Гумилева) стал Корней Чуковский.

На первый взгляд воспоминания Иды Моисеевны принадлежат ко второй разновидности моей классификации: они не особо литературны, записаны в конце жизни (как конспекты для устных выступлений) и состоят из отдельных главок, посвященных весьма субъективному восприятию автором отдельных «исторических личностей» и «времени в целом» (20–30-е годы по преимуществу). Но в том-то и дело, что в книге начисто отсутствует то, вокруг чего должен (на мой взгляд) крутиться читательский интерес к таким воспоминаниям — личность автора. Каюсь, стихи Иды Наппельбаум (особенно поздние) не произвели на меня особого впечатления, а ничего принципиально нового об упоминаемых «личностях» автор не сообщает.

Тем не менее в книге много интересных и обаятельных мелочей, из которых, как известно, и складывается «аромат эпохи» — как раз то, что может заинтересовать «любителя воспоминаний» (я сам принадлежу к этой породе людей: лучше один раз прочитать воспоминания Мариенгофа, чем десять раз не дочитать Акунина). А значит, эта книга непременно найдет своего читателя.